?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Итак, продолжим.

"Адасса Эйн Керем"


После теракта на г. Скопус и закрытия корпуса "Адассы", отделения больницы ютились в случайных зданиях в центре Иерусалима. Поэтому было принято решение начать строительство новой больницы "Адасса" в Иерусалиме. Сначала глава правительства Израиля Давид Бен Гурион был против этой идеи, т.к. шансы на освобождение дороги на г. Скопус снизились бы , если бы было меньше поводов туда возвращаться. Но потом он поддержал идею строительства новой больницы.

В 1951 году было выбрано место для новой больницы, вдалеке от жилых кварталов, рядом с деревней Эйн Керем. Сначала это место казалось очень далеким и труднодоступным, но сам Бен Гурион сказал, что надо строить там больницу - а в будущем город до нее дорастет. Так и вышло.

Строительство больницы началось в 1956 году, а в 1961 году "Адасса Эйн Керем" открылась!



Сотни больных были перевезены из разных отделений в новый корпус:



Посмотрим серию аэрофотоснимков "Адассы Эйн Керем", на которых отлично видны этапы ее строительства

















и современный снимок. Сейчас "Адасса Эйн Керем" - это целый город: главный корпус, корпус приемного покоя с вертолетной площадкой, детский 10-этажный корпус, онкологический корпус, кампусы университета, торговый центр, книжный магазин со специальной медицинской литературой "Академон", гостиница, огромные стоянки, парк.



За тем, как развивается "Адасса Эйн Керем", можно следить и по ее информационным выпускам - я их люблю брать на память, когда бываю в больнице. Вот, например: в центре - юбилейный журнал "Адассе 70 лет", вокруг него журналы, посвященные открытию разных корпусов - детского, приемного покоя, торгового центра, самого нового корпуса им. Сары Дэвидсон.



Прогулка по "Адассе Эйн Керем"

Давайте прогуляемся по нашей больнице. К сожалению, у меня нет фотографий отделений, и даже со времен моего лечения в отделении пересадки костного мозга у меня ни одной фотографии! Как-то не приходило в голову брать туда фотоаппарат. А ведь сколько снимков я могла бы сделать "с передовой"... Как жаль. Но покажу общие виды, тем более что многие места свежепостроенные и их, возможно, не видели даже те мои френды, которые были в Адассе.

В "Адассу" я обычно приезжаю на автобусе. Остановка рядом с торговым центром:



Торговый центр у нас замечательный! Двухэтажный, с эскалаторами, с интересным дизайном. Там есть много магазинов: одежда от разных сетей, детские товары, цветы и подарки, компьютеры, большой магазин игрушек, универсам, "Суперфарм" (аптека и косметика, средства гигиены), книжный магазин "Цомет сфарим"



самые разные кафе и ресторанчики - можно съесть полноценный обед, можно выпить кофе со свежей выпечкой, или заказать коктейль или сок из свежевыжатых фруктов



общий вид торгового центра:



Лирическое отступление. Я много раз слышала негативные отклики о торговом центре. Мол, денег вгрохали кучу, что грабят потребителя - цены там выше, чем в городе. Что психологический расчет грабительский - человек, находясь в больнице, купит больше для того, чтобы отвлечься, или убить время. Ну, всякое в общем. Убеждена, что все это говорят люди от излишнего благополучия. Которые никогда в больнице долго и серьезно не находились.

Помню, как было хреново, когда из магазинов был только крохотный "Академон", где в одном зальчике были книги по медицинским дисциплинам, канцтовары, шоколад, нижнее белье, спортивные штаны... Все вповалку. И ходила я туда как на дежурство, в стописятый раз осматривая внимательно уже выученный наизусть ассортимент и частенько покупая что-нибудь - не потому что надо, а потому что сидеть в отделении и смотреть на все вокруг просто не было сил. Помню, как когда хотелось перекусить, была только жуткая столовка на этаже "б", и кафешка со свежими соками у входа.

Сейчас же в этот торговый центр можно сбежать, когда невмоготу сидеть в отделении. Приехать туда можно хоть на кресле-каталке, хоть с капельницей - все оборудовано. Можно перекусить в кафе, можно купить еды для родственников, находящихся при больных. Можно купить сюрприз ребенку - той же Рухаме я покупала там игру и книжки, ходили с ней вместе отвлекаться и выбирать игру.

_._
Приехал в Адассу на стажировку молодой доктор из Ташкента. Был он вооружен моим телефоном и не преминул им восспользоваься.
- У меня есть целый месяц, что вы посоветуете посмотреть в Иерусалиме, - сказал он.
- Да вот, - говорю. – Начните с той же Адассы. Там есть синагога с витражами Шагала.
- Что это? – глухо спросил он.
- А какое слово вы не поняли, - осторожно поинтересовался я. - «Синагога», «витраж» или «Шагал»?
_._

chagall
-.-
И еще одна байка о Шагале.
Эту историю рассказал мне иерусалимский антиквар.
В конце 60-х – начале 70-х Марк Шагал довольно часто бывал в Иерусалиме.  Дружил с  Тедди Коллеком, легендарным мэром города, делал витражи для синагоги в больнице Адасса.  Были у Шагала родственники в Израиле и он с ними встречался.
- Встречался, но не любил, - говорит антиквар.
- Откуда знаете? – спрашиваю.
- Он им подарил альбом репродукций с дарственной надписью.
- Ну и что
- А то, - отвечает антиквар. -  Что альбом с надписью – это автограф и цена ему невысока. А если бы он рядом с подписью нарисовал бы хоть что,  хоть цветочек, то это был бы «рисунок Шагала» и цена его сразу возрастала в десятки раз, если не в сотни.  А не знать этого в те годы он уже не мог.
-.-
Продолжаем прогулку по больнице. Из торгового центра можно спуститься на эскалаторе в длинный коридор, который ведет к корпусам больницы:



И по нему пройти в красивый новый холл с информационной стойкой.



Холл круглый, из него выходят два коридора-пандуса в корпуса. А за информационной стойкой вот такой "мемориал" (флажки по случаю Дня Независимости):



Там - портрет Вильяма Дэвидсона, пожертвовавшего 75 миллионов долларов на строительство нового 19-этажного корпуса им. Сары Дэвидсон (его матери). Меценат так и не увидел новый корпус, В. Дэвидсон умер в 2009 году.



рядом под стеклом - макет этого нового корпуса



фрагменты: вот это, к примеру, переход из торгового центра



а вот это - проект трамвайной остановки. Через несколько лет трамвайные пути дотянут до "Адассы", и можно будет туда приезжать на трамвае прямо к главному входу



Но трамвая там пока нет - а вот главный вход уже есть. Он еще не работает как вход, но внутри по вестибюлю можно походить, мы там с Рухамой погуляли и все засняли. В феврале там еще вовсю шла стройка:



и вот что нам построили:



большой светлый холл. На эскалаторе можно будет подняться на второй этаж



там же располагается регистратура



информационная стойка будет работать



потолок в этом холле очень интересный, в виде жалюзи. Жалюзи изменяют свое положение и угол наклона в зависимости от направления и силы солнечных лучей, обеспечивая наиболее комфортное освещение холла



в холле - стенд, извещающий о праздничном открытии нового корпуса 19 марта 2012 года:



В отделения нового корпуса мы не ходили, посмотрели только его вестибюль. Во-первых, вот сам корпус (фото не мое):



проход из вестибюля к лифтам нового корпуса



памятный знак погибшим в Катастрофе родственникам тех, кто дал деньги на вестибюль



знак большой, вот Рухама для масштаба



небольшой зеленый уголок в холле, деревья и цветы живые





лифты



что же Рухама рассматривает на полу? Рассматривает она символ организации "Адасса". По кругу написано: "Адасса. Медицинский уход. Медицинские исследования. Медицинское воспитание".



этажей там очень много



открыты только несколько. Сестра моя сегодня взахлеб делилась впечатлениями от посещения хирургического отделения. Палаты на 1-2 человек. У каждого свой душ и туалет, и у каждого свое окно! В потолок над кроватью вмонтированы крепления, на которых держится плоский большой телеэкран, можно регулировать его высоту и положение над кроватью. Кровати, кстати, тоже какие-то суперсовременные, как в реанимации или в пересадках костного мозга (там, помню, были фантастические кровати!) В общем, отель, а не больница. Все это - отделения общей госпитализации, не платные и не коммерческие.

Кстати отделение хирургии включает в себя и 20 новых операционных. Операционные будут не залы, а театры: с местами для студентов, с трансляцией операции на большом экране и возможностью немедленной связи с медицинскими центрами в любой точке мира для консультаций с передачей им записи трансляции изображения или подключения их к он-лайн показу.



очень хитрый лифт, надо нажать номер этажа, на который хочешь попасть



ну и случайные снимки из других корпусов. Вот переход из холла к детскому корпусу.



в детском корпусе очень интересные прозрачные лифты, когда мои дети лежали в "Адассе", то были они именно в этом корпусе и на лифтах мы накатались до одури



в детском корпусе - все для детей, даже вот каталки для капельницы веселые, совмещенные с машинкой-клоуном:



в больничном парке есть скульптуры, скамейки и беседки, детские площадки. Вот развешивают флажки к празднику





* * *

Все думала, чем бы завершить этот текст. Действительно, "Адасса" - это крупный медицинский центр, там отличные врачи, новейшие медикаменты, самое передовое оборудование. Это больница высочайшего класса. Но где лечиться - это не менее важно, чем чем лечиться. Радостно видеть каждый строящийся этаж, каждое новое отделение, где больным будет еще комфортней, еще удобней. Наверное, лучше всего это постоянное движение вперед мне удастся показать на примере амбулаторного отделения трансплантации костного мозга, пациенткой которого я считаюсь почти 10 лет (летом исполнится). И благословенны люди, которые дают деньги на эти перемены в больнице, без которых лечиться, и на протяжении нескольких лет быть привязанным к больнице, было бы намного сложнее.

Несколько лет назад амбулаторное отделение пересадок костного мозга переехало в новое просторное помещение в корпусе "Махон шарет". Раньше же оно располагалось на 3 этаже главного корпуса больницы. У него не было широких дверей, как у других отделений, не было большой вывески. Это была просто дверь - вот как дверь в кабинет. Помню, когда я туда впервые пришла, то далеко не сразу нашла эту неприметную дверь.

Отделение было крохотное, без окон, больные сидели в маленьком коридорчике вдоль стены, и еще в одной комнате, где стояли кресла и одна кровать. Чтобы занять кровать, надо было прийти до открытия отделения. А если приходили попозже, то не хватало не только кровати, но и элементарного стула. Сколько раз, помню, приходила я туда, записывалась, оставляла карточку, и шла по соседним отделениям одалживать стул на время.

Окон не было вообще, ощущение было очень угрюмое. Душновато. Из мест, куда можно было приткнуть глаза - экран телевизора, где постоянно был включен новостной канал. Обедов от больницы не полагалось, но разносили еду благотворительные организации. Сидели в тесноте, пройти по коридору с передвижной капельницей было очень сложно - все время натыкалась на ноги. Вот именно теснота, а следовательно, длительное времяпровождение практически вповалку, без возможности как-то уединиться хотя бы за занавеской или просто забиться в уголок - оно было наиболее тяжелым моментом.

Дневник я тогда (да в сущности и никогда) не писала. Хотя наверное надо бы - такое время было, а сейчас многое забылось... Но кое-что все же сохранилось, что записывала по горячим следам, буквально пара листочков. Один из них - после первого посещения амбулатории. Имена и события, сами понимаете, подлинные:

"Я впервые в клинике трансплантации костного мозга. Мне еще только предстоит пересадка, и пока все неизвестно и пугающе. На моих руках сладко посапывает двухмесячная Рухама. Отворив тяжелую дверь и сделав шаг вперед, я отшатываюсь и инстинктивно прижимаю ее к груди – прикрыть, защитить хотя бы ее, если уж мне не дано.

Узкий коридор. Тусклые лампы под потолком. Чтобы пробраться к регистратуре, я раздвигаю лес передвижных капельниц, чуть было не наступаю на чей-то пакет, бормочу извинения, перешагивая через вытянутые ноги больных.

После регистрации я занимаю стул в укромном уголке и начинаю осматриваться по сторонам.

Боже, сколько народу! Тесное, неприглядное отделение. Звуковой ряд соответствующий – крики, стоны, выклики медсестер (интересно, резкие визгливые голоса – специфика этого отделения?), нескончаемые телефонные звонки.

Разноликие – бодрящиеся, старающиеся отвлечься от гнетущей обстановки, и рядом с ними - смотрящие внутрь себя, скрючившиеся на стуле, с опущенными плечами – кажется, весь груз пережитого давит на них, не дает распрямиться.

Эти люди судорожно цепляются за жизнь – а она убегает от них, утекает сквозь пальцы, как песок... И дразнит, отбежав на безопасное расстояние – вкусной едой («пища показана протертая, кашеобразная»), красивой одеждой («рекомендуется носить панаму и солнечные очки, яркий свет вреден для глаз! Длинные рукава, брюки, закрытый ворот – цвет вашей кожи нежелателен для глаз и душевного спокойствия окружающих!»), ярким солнечным днем («не забывайте: выход из дома в солнечные дни разрешается только во второй половине дня, одежда с длинным рукавом, зонтик от солнца!»). Даже фотокарточки в альбоме – и те, кажется, надсмехаются над ними. Не хочется бередить душу воспоминаниями, да еще так богато иллюстрированными.

Испуганно оглядываюсь, ищя поддержки, возможно, прячущейся где-то за углом. Пока еще извне смотрю на этот налаженный быт, в котором понятия жизни и смерти, боли и страданий текут размеренно и неторопливо, сосуществуя с населением этого обособленного мирка.

Нет, это сюрреалистично донельзя. Вот женщина под капельницей увлеченно рассказывает своей соседке, тоже прикрепленной к какому-то аппарату, новости из театрального мира, а вон другая (интересно, сколько ей лет? Двести? Триста? У нее еще есть возраст?) достает из сумочки зеркальце и поправляет прическу. То немногое, уцелевшее после химии. Да и пальцы еще не очень слушаются ее, «пересадочные» пальцы, с почерневшей кожей и остатками ногтей.

Все оживляются, когда вносят подносы с обедом. Убирают книги и журналы в сумки, раскладывают салфетки на коленях... Господи, помоги! Я не хочу, не хочу быть одной из них – вот так вот, суетливыми движениями расстилать салфетку – а капельница мешает; сетовать на однообразие – мол, опять сосиски с макаронами! А что сегодня на третье?

Нет, не могу. Мне душно! Тошнотворный привкус еды – еще не проглоченной – подступает к горлу. Я инстинктивно оттягиваю ворот свитера, делаю глубокий вдох – нет воздуха... А ведь мне здесь ну почти что жить – вспоминаю я, и делается еще горше. Накатывает непреодолимое желание вскочить, бежать без оглядки все дальше, дальше от этого места.

Заворочалась на руках Рухама. Подкладывает под щеку кулачок, снова засыпает. Ради этого теплого комочка - нет дороги обратно".


***

Прошли годы, все изменилось. Первое впечатление от отделения "ужас и кошмар" притупилось, и вместо него пришло просто ощущение повседневности, ну, ходишь туда и ходишь. Вместе с чувством благодарности - не надо раздобывать кровь, лекарства, медицинские причиндалы, а приходишь на все готовое. Персонал приятный и внимательный. Ну а обед - пообедать и дома можно, и кровать тоже дома есть, если уж на то пошло. Не это главное.

А потом построили и новое отделение. Большая регистратура, мягкие кресла. Несколько процедурных кабинетов. Самое главное - большой зал с креслами, телевизором, огромным окном во всю стену, из которого видны иерусалимские горы - вы не можете себе представить, насколько это важно - большие окна. Они дают ощущение жизни вне больницы и не заключают больного в замкнутый круг капельниц, соседей по палате и безысходности. Тут капельницы, это да. Зато там - солнце, зелень, горы, прокапает капельница - и до следующего посещения амбулатории ее больше не будет.

Большие палаты с кроватями - какая роскошь! Можно ставить капельницу с иммуноглобулином, и не надо раздумывать - просить или не просить наркоз? Потому что в старом отделении наркоз-то давали, всегда пожалуйста. Да только сидеть надо было на стуле в сонном состоянии и не сваливаться! А тут лежи себе как барин. И пункция костного мозга на кровати, с занавеской - красота... Чем не СПА-кабинет? :))

Самый шик, конечно, это столовая. Столы, покрытые скатертями. Маленькая кухонька - микроволновка, холодильник, раковины. Всегда есть чай, кофе, кипяток. И привозят горячий обед уже теперь официально, с посудой и приборами. Не надо ловить падающие с колен макароны и улетающие сосиски, можно спокойно пообедать за столом. А за свободными столиками располагаются мамы с детьми - с раскрасками и настольными играми, им ведь тоже нужно провести больничный день с комфортом и интересом.

Конечно, все это как было не главным - кровати, обеды, окна - так и осталось. Но все же с ними куда приятней, чем без них. И в первое время после переезда в новое отделение мы, "старое поколение", заговорщицки перемигивались между собой - вот как оно теперь! И улыбаясь, смотрели на "новичков", которые не восхищались каждой картиной на стене, каждой занавеской или видом из окна.

Наверное, в двух словах - это отделение светлое, где не удручающе страшно находиться.

Источник

Recent Posts from This Journal

  • МОСКОВСКИЕ ПАМЯТНИКИ

    Такое впечатление, что за все почти четверть века моего отсутствия в Москве весьма были заняты установкой новых памятников. Покажу лишь те, что…

  • Верещагин

    В план трехдневной поездки (после 24-летнего перерыва) в Москву входила выставка Верещагина. Огромная выставка в ЦДХ. Пунктиром несколько…

  • Рубрика «Смешно,но не весело»

    Рубрика «Смешно,но не весело» Posted by Michael Knizhnik on 13 апр 2018, 12:12

Profile

mknizhnik
mknizhnik

Latest Month

April 2018
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner