July 17th, 2013

Хасима

Известно, что русский язык, находясь в иноязычной среде неизбежно из этой среды всасывает словечки, непереводимые понятия, междометия.
В Ташкенте говорили «урюк» вместо «абрикосы», прощаясь, могли сказать: «Хоп». У чуткого Довлатова мелькают фудстемпы и ланчонеты.
Израильский русский язык тоже не исключение.  Даже пуристам тут легче сказать  «мазган» и «махшев», чем «кондиционер» и «компьютер». А уж в медицине - море разливанное: ивритские и английские термины летают стаями.
Вот, например, слово «хасимА», аналог английского «occlusion». Абсолютно точного русского эквивалента нет. Все русские слова – закупорка, помеха, непроходимость – чуть-чуть неточны.
Поэтому, когда мы с коллегой обсуждали  пациента в присутствии доктора, приехавшего на стажировку из России, то предполагали, что говорим по-русски:
- Там полная хасима, нам делать нечего.
- Нет, хасима не полная.
- Полная.
Наш стажер осторожно так поинтересовался:
- Хасима – это жопа?

                               
i