mknizhnik

Category:

РЕЦЕНЗИЯ ВАДИМА МУРАТХАНОВА НА "ЗАПИСНУЮ КНИГУ"

Жизнь, как всегда, оказывается фантасмагоричней   и ироничней наших о ней предположений.

Прекрасная рецензия прекрасного Вадима Муратханова на мою книжку вышла в журнале Ташкентской епархии РПЦ «Восток свыше» — МК


Литературные страницы Вадима МУРАТХАНОВА

Блокнот, обернувшийся книгой

Михаил Книжник заявил о себе как поэт и мастер короткой прозы еще в 80-х.

Живя в Ташкенте, он публиковался не только в родном городе, но и в московских «Знамени», «Дружбе народов». А первую книгу стихов – «Готовальня» – выпустил в Киеве. После переезда в Израиль, уже в новом веке, Книжник взял на себя

столь же увлекательный, сколь и объемный труд собирания стихов о Ташкенте

в единую антологию «Ташкентский дворик». Антология, объединившая тексты

Анны Ахматовой, Владимира Луговского, Семена Липкина, Александра Файнберга

и многих других поэтов, писавших о Ташкенте, вывешена в «Живом журнале» и

пока ждет своего издателя.

А в девяностых годах по Ташкенту ходила «Записная книга» Михаила Книжника – сначала в списках, а потом и в файлах: цифровая эра уже вступала в свои

права.

Состояла «Книга» из коротких историй, остроумных реплик, забавных слово-

сочетаний, сложенных из авторских неологизмов и каламбуров. Держалась она на

единстве места и действующих лиц – ташкентцев, преимущественно врачей, как

и сам автор. Они проходили по книге пунктиром, как бы заглядывая к читателю

на огонек и вновь убегая по делам. Ироничный взгляд рассказчика сочетал беспощадную трезвость в отношении человеческой природы и сочувствие к отдельно

взятому персонажу.

При операции в желудке обнаружено 48 гвоздей разной величины. Заинтригованные хирурги с нетерпением ждали конца наркоза, чтобы узнать, зачем же он глотал гвозди.

– А я не дармоед. Мне за каждый гвоздь пять кружек подносили. Меня в нашей пивной все

знают.

По сути, это был разраставшийся черновик, входящий в книжный формат с

черного хода – путем не столько переработки и переплавки фрагментов, сколько

их накапливания и выстраивания в некий своеобразный метароман. В нечто подобное вылились в 1980-х записки Сергея Довлатова («Соло на ундервуде»). В «Записной книге», правда, ярче выражен элемент повествовательности. И написана

она на пограничном, «интернациональном» материале.

...Когда уезжал, мне многие советовали: на Кипре обязательно выпей вина. Ах, кипрское

вино! В Никосии я пробыл один день. Слоняясь по городу, вспомнил советы и зашел в лавку

купить вина.

– Ты француз? – спросил меня хозяин.

– Русский, – ответил я. Там мы все русские.

– Ты хочешь водки! – радостно сообщил мне хозяин.

– Я хочу вина.

– Водки! – настаивал хозяин.

– Вина.

– Водки!

Я выругался в соответствии со своей национальной принадлежностью и пошел в соседнюю лавку.

Главная тема «Записной книги» – причудливые соприкосновения разных куль-

тур в бытовых ситуациях. Носители этих культур оказываются заложниками непрерывно, в нескольких поколениях, стирающейся, но не избываемой до конца

разнородности. Отсюда, из этого постоянно меняющегося соотношения общности-

различий, и возникает в большинстве случаев комический эффект.

Особость и неповторимость культурно-языкового уклада трогательно высвечивается в сценках, подсмотренных во дворах, магазинах, на ташкентских улицах.

89-й год. Ташкент. Древняя старуха говорит сыну, пожилому, усталому человеку:

– Савелий! Кто сейчас в городе, белые или гайдамаки?

– Мама! А тебе не все равно, кто сейчас в городе?

– Конечно, не все равно. Гайдамаки убивают евреев, а белые – нет.

Фрагменты первого тома «Записной книги» публиковались в Узбекистане и

за его пределами неоднократно. Но только теперь наконец увидела свет полная

версия этого знакового для Ташкента текста*.

Книга вышла в твердом переплете, с

рисунками Вениамина Клецеля: бытовые сценки и городские пейзажи не столько

иллюстрируют повествование, сколько образуют параллельную, дополняющую

его реальность.

«Между 1995 и 2010, – пишет автор в предуведомлении, – вырос второй том. И

если между первым и вторым томом изменились внешние обстоятельства, то от

второго к третьему – изменился я сам».

Меняется и способ письма. Если фрагменты первого тома зачастую укладываются в несколько строк, тяготея по форме к анекдоту или зарисовке, то во втором

томе они порой разрастаются до мини-рассказов, дневниковых записей, а места-

ми и филологических штудий. Книжник первого тома чаще приглашает читателя

посмеяться с ним за компанию, – Книжник третьего больше склонен вспоминать,

сопоставлять и размышлять.

Традиционный субботний послеобеденный поход с сыновьями в кино. На этот раз их вы-

бор пал на «Великого Гэтсби». Добротная экранизация, качественная игра, надежное оформление. Но все равно есть мотивировки более внятные тем, кто знаком с романом.

На выходе две пожилые пары местных уроженцев интересуются:

– Как фильм?

– Прекрасно, – говорю. – Особенно если читали книгу.

– Мы не читали. Стоит?

– Да, – отвечаю.

– Мы уже не успеем, – с фатальной безысходностью говорит один из них.

Я не сразу понимаю, что они заходят на следующий сеанс.

В стихотворении «Письма умерших» Вислава Шимборская так говорит о слепоте

живших прежде: «Читаем письма умерших, как бессильные боги, / и все-таки – боги,

ибо знаем позднейшие даты <…> Бедные умершие, слепые умершие, / обманываемые,

ошибавшиеся, неуклюже предусмотрительные. / Мы видим за их спинами перемигиванья и знаки».

Сквозные герои «Записной книги» не вызывают к себе такого снисходительного со-

чувствия. Юмор и умение абстрагироваться от ситуации приподнимают их над временем, выносят за его скобки, не позволяя увязнуть в истории, как мошки в янтаре. Может

быть, еще и поэтому все три части «Записной книги» читаются сегодня на одном дыхании, как современная проза о людях, переживающих время.

--------------------------

* Михаил Книжник. Записная книга. – Иерусалим: Библиотека «Иерусалимского журнала», 2017.


МОСКОВСКИЙ ПАТРИАРХАТ ТАШКЕНТСКАЯ И УЗБЕКИСТАНСКАЯ ЕПАРХИЯ 

Восток Свыше 

ДУХОВНЫЙ, ЛИТЕРАТУРНО-ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ издается с 2001 года 

ВЫПУСК XLV № 4 октябрь-декабрь 2017 ТАШКЕНТ 2017

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.