mknizhnik

Categories:

БОРГЕЗЕНАШ


У виллы Боргезе роскошный и очень покойный парк. В парке в правильном беспорядке расположен театр и несколько музеев. На выверенной вольности его аллей разбросаны разные скульптуры и обелиски. 

фото автора

Среди прочих – два русских классика. Пушкин и Гоголь.

Первый памятник открыл в 2000 году президент России. Это одна из последних работ Юрия Орехова, увенчанного высшими советскими премиями и наградами, о которых только может мечтать художник. Он был автором  множества памятников на площадях и надгробий на Новодевичьем. Все они не вызывают внутреннего отторжения, но и не особо запоминаются. Пушкин изображен сидящим, и немного охуевшим, каким его почему-то принято изображать в последнее время. 

Пушкин. Скульптор Юрий Орехов

Зачем Пушкин итальянцам я спрашивать не стану. Пусть сами скажут с итальянского берега. Я спрошу… нет, не с российского, но с берега русской литературы. Так зачем ставить памятник тому, кого в Италию не пустили, хотя он грезил о ней? Издевка? Да нет, просто всем похую никто ничего не знает, не помнит и не понимает. А иначе зачем для этого государственного подарка выбрана именно вилла Боргезе, долгие годы принадлежавшая внучке Бенкендорфа. Того самого, Александра Христофоровича, начальника Третьего отделения и шефа жандармов, стараниями которого выезд Пушкина в Италию посчитали, как это формулировали столетие спустя, «нецелесообразным». 

Скульптор Зураб Церетели.

Памятник Гоголю в 2002 открывал чиновник рангом пониже, зато президентом был скульптор, президентом Академии художеств. Памятник несёт на себе характерные для всех работ этого мастера признаки: тяжелые расстройства опорно-двигательного аппарата и идиотские метафоры. Если вам кажется, что Гоголь держит на коленях запасную голову, то это не совсем так. Оказывается, грустный Гоголь оторвал голову снял маску веселого Гоголя.  Из чего можно сделать твердый вывод, что представления пожилого скульптора о Гоголе сохранились на уровне девятого класса  тбилисской средней школы. 

Памятники скорее всего находятся не на главных аллеях. В 2014 году мы провели с семьей почти целый день на вилле Боргезе, смотрели музеи, гуляли по парку, нарезали круги на сегвеях. Но, ни АС, ни НВ не повстречали.  Дареному коню в зубы, как вы знаете, не смотрят.

А вот в музее мы встретили знакомую с детства даму. 

«Полина Бонапарт в образе полуобнажённой Венеры» Антонио Кановы. Полина Бонапарт — одна из сестер Наполеона, и жена герцога Камилло Боргезе. Оговорюсь сразу, что к амбициозному корсиканцу особого почтения не питаю, как и ко всей шайке, готовой ради возложения царственного венца, приносить жертвы, не утруждаясь подсчетами. А Бонапарт на Сан-Марко для меня еще отвратительней, чем Гитлер на фоне Эйфелевой башни. Французам-то поделом.

Наполеонова сестрица была особой настолько красивой, насколько и безбашенной. Это она, когда ее спросили, как она могла позировать обнаженной, ответила в стиле современной хабалки:

– А шо за проблемы? Там было тепло, горел камин.

Для этой работы Канову выписали в Париж. 47-летний венецианец показал себя мужчиной легковоспламеняющимся, и, воодушевившись прелестями модели, предложил для большего проникновения в образ сделать слепки ее бюста. Короче, тот еще ходок.  

В 70-х годах 19-го века виллу Боргезе посетил великий князь Николай Константинович Романов, внук Николая Первого и сын того Константина, из-за заминки с восшествием на престол которого, случилось восстание декабристов. Юный великий князь, но уже боевой полковник, отличившийся в Хивинскую компанию,  путешествовал по Европам вместе со своей возлюбленной, американской танцовщицей Фанни Лир. Он обратил внимание на сходство Фанни с Полиной, загорелся и заказал скульптору Томазо Солари копию, но при условии, что сходство с Фанни будет в копии усилено. Солари был много сдержаннее Кановы, поэтому удовольствовался гипсовым слепком лица красотки.

Великий князь с семьей не ладил, и в конце концов после ба-а-альшого скандала с кражей бриллиантов у маменьки, Николай Константинович был объявлен душевнобольным, лишен наследства и всего прочего, и на веки вечные сослан в Туркестан, где и прожил без малого 45 лет. Фанни была первым самолетом пароходом отправлена восвояси. В книге мемуаров впоследствии она раздала всем сестрам по серьгам. 

В истории Николай Константинович остался как «ташкентский великий князь». Из привезенных им в ссылку произведений искусства часть принадлежало ему по праву, другую он прилежно слямзил у семьи. Но скульптуру Томазо Солари мама выслала ему сама. Тоже, видимо, была дама с характером.

Николай Константинович умер в «боевом восемнадцатом» году от  мирной пневмонии, коллекция его стала основой ташкентского Музея искусств, который даже одно время размещался в его дворце, построенном Гейнцельманом и Бенуа. 

Поэтому «Венеру с яблоком» все ташкентские дети, которых водили в музей, знали прекрасно, как соседку по махалле. Она и поныне там.

То-то мы обрадовались, когда на вилле Боргезе среди Караваджо и Беллини встретили ташкентскую знакомую.

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.