mknizhnik

Categories:

АМШЕЙ НЮРЕНБЕРГ. ИЗ ДНЕВНИКОВ ВРЕМЕН ЭВАКУАЦИИ

Ольга Трифонова-Тангян, дочка Трифонова и внучка Нюренберга, опубликовала в пяти номерах не самого читаемого журнала «Чайка» отрывки  дневников деда времен ташкентской эвакуации 1941-42 годов. Материал большой и очень интересный. Много точных деталей,  разрушающих  разные мифы о том периоде. Острый глаз художника. Много искренних заблуждений. Но немало  и намеренной  деформации под давлением госстраха)). Читать стоит все пять частей.

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Часть 5

А здесь несколько выписок с моими комментариями. — МК

_._

Архитектура здесь отвратительная. Я не видел ни одного приятного дома. Местные архитекторы использовали мотивы, чтобы победить всех своей пошлостью. Попадаются дома похожие на казармы. С души рвет. Ко всему прочему прибавляется базарная скульптура — продукция московских торговых организаций. Пионеры с барабанами и красноармейцы ужасны. Единственное утешение это то, что летом листва всю эту пошлость прикрывает.   (Ну вот те раз! А я считал ее очень достойной. И оплакивал снесенное. — МК)

_._

На фоне ташкентского изобилия овощей и фруктов, гор винограда, чудесных персиков, похожих на палестинские апельсины... (Умеет найти правильное сравнение. — МК)

_._

Если определять видом живописи наступающую осень, то получится: осень в Ташкенте — яркое масло, в Москве — акварель и пастель.

_._

Ташкентцы мало понимают в живописи и не ищут ее. 25 лет существования Советской власти мало отразилось на вкусах ташкентцев. Как и в первые годы революции, наибольшим успехом пользуется полотно Беллони «Купальщица». Слащавое, медоточивое полотно, где задница девушки написана с большой любовью и пониманием. (Ну, скажем, Беллоли.  Андрей Францевич был русским академиком живописи, хотя и вырос в Риме.  Его «Купальщица», давно часть ташкентского мифа, доступна заинтересованному разглядыванию вся. Кроме попы. — МК)

_._

Разговоры о том, что узбекам не близка изокультура, пусты и бессмысленны.

Факты показывают, что узбекские художники не хуже и не лучше наших русских европейцев. Поставленные в соответствующие условия художественного образования, они приобретали культуру и традиции в такой же мере, как и мы. Абдуллаев, Тансыкбаев.  Хорошие живописцы в нашем понимании, особенно Тансыкбаев — тонкий живописец, мастер, колорист.

_._

Пишу панно в парке Тельмана. Подвиги узбекских героев Алиева и Дурдиева. Парк великолепный, густой, тенистый с большими аллеями, падающими вниз и живописно бегущими вверх. Есть уголочки, просящие кисти тонкого опытного пейзажиста. Играют военные оркестры. Пьют водку. 

(Мой отец был знаком с Героем Советского Союза  Кучкаром Дурдиевым (Турдиевым) и говорил о нем как о достойном и скромном человеке. Умер он в 1989 году, через три  года после отца. — МК)

_._

Я не встречал ни одного пошлого, скучного дерева. Стволы, ветви, общий тон их исключительно красивы и богаты. Что ни дерево — образ. Есть суровые, радостные, печальные. Они хорошо связаны между собой и вклеены в небо. Они заполняют пространство и в переулках создают необычайный уют и настроение. К ним тянет, они ласкают и утешают. На них остатки осеннего убора. Рыжая и золотисто-красная листва. Она подчеркивает серую гамму благородного и тонкого колорита ташкентской зимы.

_._

Амшей Нюренберг, Уголок старого Ташкента, 1942
Амшей Нюренберг, Уголок старого Ташкента, 1942


Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.