?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: путешествия

АЛЕКСАНДР ГИТОВИЧ

(1909-1966)

Из шуточного стихотворения может сложиться впечатление, что Гитович – участник гражданской войны в Туркестане, что он в седле по горам Средней Азии железной рукой громил отряды, которые по старой привычке еще именуют басмачами, но все чаще называют национально-освободительным движением. 

Это не так. Он приезжал в Туркестан путешественником, вместе с Борисом Лихаревым через 20 лет после того, как басмаческое движение было разгромлено. Ленинградские поэты изучали Восток по писательской путевке.  Упомянутый  Федин, не Константин – известный сервильный советский прозаик, а Андрей Трофимович, комбриг, командир кавалерийской дивизии. Через два года после встречи с поэтами А.Т.Федина расстреляют. «Хитрец» Мелькумов, тоже комбриг, отомстивший Энвер-паше за армянскую резню, проведет семнадцать лет в ГУЛАГе, вернется и успеет издать книгу мемуаров «Туркестанцы».

Родился Александр Ильич Гитович в Смоленске. Печататься начал там же. В смоленском отделении РАППа выходили сборники «Паяльник №1» и «Паяльник №2». 

На рапповской волне он переехал в Ленинград. Его первым шагам в литературе сопутствовали одиозные Тихонов и Саянов.

Понадобились годы, долгая переводческая работа и искренняя преданность поэзии, чтобы Гитович отдалился от официоза и остался в истории литературы горькими строчками, посвященным памяти Ахматовой:

Дружите с теми, кто моложе вас, –

А то устанет сердце от потерь


АЛЕКСАНДР ГИТОВИЧ

ТАШКЕНТ, КИНОРЕЖИССЕРУ ИСКАНДЕРУ АБДУРАХМАНОВИЧУ ХАМРАЕВУ

Read more...Collapse )

В  книге о Венеции удивительно сочетаются тонкие и умные суждения о искусстве и истории с нелепыми и поверхностными —  о окружающей автора действительности. 

Вот, начав описывать памятник кондотьеру Коллеони напротив скуолы Сан-Марко, Перцов переходит на рассуждения о характере наёмника, а кондотьера можно определить и так, а потом идет вот этот текст:

Read more...Collapse )


«Москва», которую мы потеряли...TASHKENT RETROSPECTIVE·ВТОРНИК, 25 ИЮНЯ 2019 Г.

10 фактов о гостинице «Москва»,  о которых вы вряд ли знали, а может быть, не узнали бы никогда...

Ночной Ташкент.  Гостиница "Москва" в год открытия. 1983 г.  Авторы фото: М. Пенсон и В. Телегин.

1) Декоративный рельеф "Боги Шамол" ("Сад ветров") в  зале ресторана.  В оформлении интерьера ресторана впервые в  СССР было применено сочетание керамики и литого цветного стекла с внутренней подсветкой. Автор художник -монументалист Александр Кедрин. 

Read more...Collapse )
Дурак я, дурак. Не стал фотографировать, думал: "Столько вокруг мастеров с профессиональной оптикой, да они всеё завалят  снимками". Но покамест что-то не густо. Пользуюсь карточками Ильи Гольдина.
Веня прекрасный, даже в скорби – жизнеутверждающий, полный огромной витальной силы. Она видна на его полотнах и в графике. Недавно ушедшая Слава Бонадаренко-Клецель, оперная певица смотрела с портретов и фотографий. Прожили они вместе 56 лет.


Read more...Collapse )

Так вышло, что про фильм этот слышали многие, но почти никто не видел.  И мне удалось его посмотреть только сейчас. Его не крутили во Дворце текстильщиков во время летних каникул и не показывали вечерами по телевизору, дублированным на узбекский. «Узбекфильм» – чемпион мира по дубляжу - один из ташкентских мифов моего детства.
Уроженец Ташкента Дмитрий Холендро, писатель скромного, но несомненного дарования, написал свою повесть по горячим следам землетрясения 66-го года. Вскоре он переделал сибиряка Кешу в украинца Остапа и на киностудии Довженко маститые Виктор Иванов и Абрам Народицкий запустились с этой странной ист-сайдской историей. У Иванова уже был в активе шедевр «За двумя зайцами», а Народицкому еще только предстояло снять «Бумбараша».

Для тех, кто не видел, расскажу кратко.
Кеша-Остап приезжает в Ташкент, где от умершей тетки ему остается дом на улице Тринадцати тополей. Встречает красивую и строгую узбекскую девушку Мастуру, но она к нему не благосклонна: чужой, чуждый. Но на одну прогулку по городу она соглашается перед его отъездом.
Возвращается Остап в Ташкент, разрушенный недавним землетрясением. Улица разрушена. Он ищет Мастуру, находит, но она сурова с ним. Он работает сначала на расчистке развалин, а потом и на стройке, ждет ее каждый день у театра Навои. И она приходит. Конец кино.

Read more...Collapse )
Остров Лидо, длинный, как шпага, защищает Лагуну от моря. На левой его оконечности, если стоять спиной к Венеции, находится еврейское кладбище. Оно не так известно, как остров Сан-Микеле, покоящий своих знаменитых изгнанников. Я набрел на него случайно в один из прежних своих приездов в Венецию.  А сейчас нашел не сразу, запутался в параллельных безлюдных улицах с заброшенными домами.  Но отыскавшийся все же пожилой и небыстрый велосипедист, и на велике можно ехать неспешно и солидно, охотно и дружелюбно указал на ошибку в повороте.




Кладбищу лет семьсот, и оно до сих пор функционирует.

Read more...Collapse )
Мой друг побывал в Мелнике и захотел прочитать трифоновский рассказ, но оказалось, что в Сети его нет. Я отсканировал его из книги "Другая жизнь" 1979 года, из биб-ки "ДН", а уже отфайнридить не составило особого труда. Пусть повисит здесь, может кому понадобится. Читайте, рассказ хороший.  МК

САМЫЙ МАЛЕНЬКИЙ ГОРОД

После двух часов езды в Станке Димитрове мы остановились на площади. Сыпался мелкий, вдруг исчезавший дождь, облачное от самой Софии небо кое-где разрывалось, в разрывах сверкала голубизна. Посреди площади стояла очередь крестьян, ожидавших автобус на Самоков. Мы зашли в сладкарницу, где было дымно, пахло кофе, за столиками сидели старики, очень много стариков, они ничего не ели, не пили, а просто курили, смотрели друг на друга и молчали.
Когда мы вошли, они стали смотреть на нас. Они смотрели на то, как мы снимаем плащи, садимся, как Пенчо закуривает, как Аля хмуро глядит в окно, как подходит официант и Пенчо заказывает три кофе «по-турски» и как потом мы с Пенчо оглядываемся кругом и видим всех этих стариков, глядящих на нас. Болгарские старики отличаются от русских тем, что любят собираться в кучу. Русские старики более нелюдимы и в то же время более болтливы. Они могут разговаривать сами с собой. Некоторые старики в одиночку гуляют по скверу на Песчаной улице или сидят на скамейках напротив фонтана и тихо рассуждают сами с собой. Я редко видел, чтобы русские старики собирались больше чем по три, четыре человека. В Болгарии же встречаются громадные сборища молчаливых стариков. Аля очень подошла бы к компании болгарских стариков. Ма весь сегодняшний день она сказала всего одну фразу. Утром в гостинице, когда мы ждали Пенчо, она спросила: «Зачем мы сюда поехали?»
Read more...Collapse )
Сухбат АФЛАТУНИ (Евгений АБДУЛЛАЕВ)

Евгений Абдуллаев знал, что делал, когда взял псевдоним Сухбат Афлатуни, что по-узбекски означает – Диалоги Платона.  Нужно учесть, что Абдуллаев не только широко образован, но и просто – выпускник философского факультета, он соединил в этом имени один из краеугольных текстов европейской цивилизации с узбекским языком, обозначив таким образом направление вектора своего творчества.
В прозе Сухбат Афлатуни совершает героические усилия по введению Ташкента в контекст не только русской, но и мировой литературы. Его проза разнообразна и пластична. Читать ее не легко, но усилия эти обычно вознаграждаются.
В стихах он не ставит перед собой больших задач, оставаясь больше собой, Женей Абдуллаевым, мятущимся, страдающим. В том числе и наблюдающим изменения, происходящие с нашим городом, в котором он, в отличие от многих продолжает жить.

Abdulaev


БЫВШЕМУ ПАРКУ ГОРЬКОГО В ТАШКЕНТЕ

Парк Горького был горьким, как миндаль,
который в нем старухи, как скворчихи,
носили в клювах; хрупким, как мальчишки,
что дамам покупали тот миндаль,
а иногда прислушивались к небу —
там облака звучали, как хрусталь.

Миндаль завернут был в тетрадный лист
в линейку, на которой мыли раму
и пели про войну под фонограмму —
семь зерен и один измятый лист;
любовники хрустели, глядя в небо —
там, между веток, спрятан был арфист.

Арфист, как крестовик, бродил по струнам.
Аттракционы бегали по кругу.
И прямо с неба сыпался миндаль.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Иное время — разбросало зерна,
и карусели вырывало с корнем;
и обмелело, оскудело небо.
Жаль горьких зерен?
Может быть, и жаль.


* * *
Снова материк идет на дно;
Он веками – то всплывет, то тонет;
В воду превращается вино,
Погружаясь в первозданный омут.

Внешне все – привычной чередой:
Строятся базары и палестры.
Все на месте. Только под водой.
Под водой всему найдется место.

Те, кто сверху, ждут от нас вестей,
Кислород в посылках присылая.
Я уже на шеях у детей
Тоненькие жабры замечаю.

В бесконечный шар слепились дни
Погруженья нашей Атлантиды.
Только Ты, Богиня, не тони;
Не исчезни в пене, Афродита!

Родогуна, Девочка с веслом,
С персиками, неженка на шаре –
Как тебя, туристку, занесло
На подводном торговать базаре?

Для чего ты с нами делишь хлеб
И сырое ложе согреваешь?
За тобой несется пенный шлейф,
Это ты, взрослея, убываешь.

Подожди - увидим небосвод,
Звезд восход, оливу в клюве птицы:
Материк на час еще всплывет,
Чтобы на столетья погрузиться.

park gorkogo

Profile

mknizhnik
mknizhnik

Latest Month

November 2019
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner